Музыка — это не только моя профессия, но и мой мир. Я слушаю её почти постоянно, — говорит Марзена Диакун, которая в воскресенье будет дирижировать концертом открытия Пасхального фестиваля Бетховена.
Когда вы начинали свою взрослую творческую карьеру лет двенадцать назад, женщина-дирижер считалась чем-то исключительным. Женщины жаловались, что им гораздо сложнее добиться успеха. За последнее десятилетие ситуация значительно изменилась; практически каждый оркестр приглашает женщин-дирижеров. Так это совершенно нормально?
Удивление, которое я испытала при виде женщины-дирижера, исчезло. Сегодня дирижирование – это прежде всего художественное мастерство, а не гендерная принадлежность. Это сложная профессия как для женщин, так и для мужчин; дирижеров становится все больше, в то время как оркестров либо остается прежним, либо их становится еще меньше.
Уровень дирижирования во всем мире очень высок, и конкуренция жесткая. Недавно я входила в состав жюри конкурса дирижеров в Женеве, и участники в возрасте двадцати и тридцати лет уже могли похвастаться значительными достижениями. Более того, более десяти лет назад, когда я участвовала в конкурсе на должность помощника дирижера Филармонического оркестра Радио Франции, меня в итоге выбрали из более чем трехсот претендентов.
Каждый оркестр уникален, потому что каждый из них – это собрание совершенно разных людей, работающих вместе и создающих неповторимый микроклимат. Это происходит вне зависимости от страны. В Испании я столкнулся с так называемой немецкой точностью исполнения, а в Германии я знаю оркестры с невероятным темпераментом, похожим на французские. Трудно говорить о какой-либо национальной специфике; каждый раз дирижер попадает в совершенно другой мир, к которому ему приходится адаптироваться.
Когда вы начинали свою взрослую творческую карьеру лет двенадцать назад, женщина-дирижер считалась чем-то исключительным. Женщины жаловались, что им гораздо сложнее добиться успеха. За последнее десятилетие ситуация значительно изменилась; практически каждый оркестр приглашает женщин-дирижеров. Так это совершенно нормально?
Удивление, которое я испытала при виде женщины-дирижера, исчезло. Сегодня дирижирование – это прежде всего художественное мастерство, а не гендерная принадлежность. Это сложная профессия как для женщин, так и для мужчин; дирижеров становится все больше, в то время как оркестров либо остается прежним, либо их становится еще меньше.
Уровень дирижирования во всем мире очень высок, и конкуренция жесткая. Недавно я входила в состав жюри конкурса дирижеров в Женеве, и участники в возрасте двадцати и тридцати лет уже могли похвастаться значительными достижениями. Более того, более десяти лет назад, когда я участвовала в конкурсе на должность помощника дирижера Филармонического оркестра Радио Франции, меня в итоге выбрали из более чем трехсот претендентов.
Каждый оркестр уникален, потому что каждый из них – это собрание совершенно разных людей, работающих вместе и создающих неповторимый микроклимат. Это происходит вне зависимости от страны. В Испании я столкнулся с так называемой немецкой точностью исполнения, а в Германии я знаю оркестры с невероятным темпераментом, похожим на французские. Трудно говорить о какой-либо национальной специфике; каждый раз дирижер попадает в совершенно другой мир, к которому ему приходится адаптироваться.
Поделитесь в соцсетях:
